Читать онлайн"Сказка о страхе" автора Серова Екатерина Васильевна - - Страница 1

Ты слышишь — там, в холодной тьме, там кто-то плачет, кто-то шепчет в страхе. Елена Мастер , закрыт.

Большая элегия Джону Донну

Мир есть всё, что существует. Существуют горы и камни, леса и деревья. Существуют моря и океаны, равнины и пустыни. Существуют Небо и Солнце, Огонь и Воздух. Существуют Вода и Земля. И существует он в двух состояниях:

Страх. Сжимается сердце, И внутри леденеет вдруг. О! Как хочется мне согреться, А может все это фантазия, Которую шепчет страх. Так хочется.

Джон Донн уснул, уснуло все вокруг. Уснули стены, пол, постель, картины, уснули стол, ковры, засовы, крюк, весь гардероб, буфет, свеча, гардины. Бутыль, стакан, тазы, хлеб, хлебный нож, фарфор, хрусталь, посуда, ночник, бельЛ, шкафы, стекло, часы, ступеньки лестниц, двери. В камзоле, башмаках, в чулках, в тенях, за зеркалом, в кровати, в спинке стула, опять в тазу, в распятьях, в простынях, в метле у входа, в туфлях. И снег в окне.

Соседней крыши белый скат. Как скатерть ее конек. И весь квартал во сне, разрезанный оконной рамой насмерть. Уснули арки, стены, окна, всЛ. Булыжники, торцы, решетки, клумбы. Не вспыхнет свет, не скрипнет колесо Ограды, украшенья, цепи, тумбы. Уснули двери, кольца, ручки, крюк, замки, засовы, их ключи, запоры. Нигде не слышен шепот, шорох, стук.

ТЬМА медленно наползала и окутывала собой всё живое. Она неумолимо принимала тебя в свои объятия. Ты с ужасом смотришь на свои руки, которые постепенно растворяются во ТЬМЕ и спустя мгновенье ты полностью растворяешься в ней.

___ И вот уже как будто страх: не верится, что дом прирос! Но, двери . Ты слышишь -- там, в холодной тьме, там кто-то плачет, кто-то шепчет в страхе.

В тот час окажется врагом, Рисуя мерзкое зверьё И подгоняя к горлу ком. Предметы вычурно впотьмах Иной для ока примут вид. И штора, сделав плавный взмах, Покажет, кто за ней стоит. Скорее в страхе включишь свет, Сдержав от выкрика уста. Но никого за шторой нет. То шепчет ночью… темнота!

Сказка о страхе, стр. 1

Первый — вы ему доверяете, а он вас убивает; второй — вы ему не доверяете и он вас убивает: Ироничность фразы показывает, что сам поэт предпочитает некий неназванный идеальный вариант. Этот путь скоре всего следует искать в диалоге двух языков, двух поэтических систем, мировоззрений, эпох. Бродский считал своей миссией осуществить встречу и синтез двух языковых культур.

После этого внутри меня начал нарастать необъяснимый страх, казалось, что вот-вот мне причинит вред что-то необъяснимое, неведомое, страх этот .

, , . Если Вы хотите пожаловаться на содержимое этой страницы, пожалуйста, напишите нам.

Форум Тритиума: рассказ - Форум Тритиума

Джон Донн уснул, уснуло все вокруг. Уснули стены, пол, постель, картины, уснули стол, ковры, засовы, крюк, весь гардероб, буфет, свеча, гардины. В камзоле, башмаках, в чулках, в тенях, за зеркалом, в кровати, в спинке стула, опять в тазу, в распятьях, в простынях, в метле у входа, в туфлях. И снег в окне.

Страх. Рядом в пыли, мокрой и липкой после дождя, валялся узкий изрядно подвыпивших матросов и горячо стал шептать на ухо их.

Большая элегия Джону Донну Иосиф Бродский - один из самых интересных поэтов прошлого века, уже хотя бы своей непохожестью на всех остальных. Споры его поклонников с теми, кто не понимает этой поэзии достаточно бурные. Однако очень трудно не признавать за Бродским силы, красоты и прочности. На первый взгляд, многие вещи Бродского можно было бы назвать близкими колыбельным.

Но я бы, пожалуй, не стал называть так ни одной. Дело в том, что ни в одной из них нет покоя. Спокойное величие спокойное из-за своей непоколебимости - да. Но это что-то совсем другое: Уснули стены, пол, постель, картины, уснули стол, ковры, засовы, крюк, весь гардероб, буфет, свеча, гардины. Бутыль, стакан, тазы, хлеб, хлебный нож, фарфор, хрусталь, посуда, ночник, белье, шкафы, стекло, часы. В камзоле, в башмаках, в чулках, в тенях за зеркалом, в кровати, в спинке стула, опять в тазу, в распятьи, в простынях, в метле у входа, в туфлях.

И снег в окне. Соседней крыши белый скат.

постоянно какой то шепот в ушах

В сборник известной русской поэтессы Екатерины Васильевны Серовой вошли стихотворения: Не видал его никто, Не слыхал его никто, Только слух пустили птицы: Страх в пустой норе таится! Перестали птицы петь, Похудел толстяк Медведь, Волком взвыла Росомаха:

Вам доводилось слышать внутренний голос, который шепчет: «Ты недостаточно Преодоление страха — процесс, который начинается с осознания и.

В сборник известной русской поэтессы Екатерины Васильевны Серовой вошли стихотворения: Не видал его никто, Не слыхал его никто, Только слух пустили птицы: Страх в пустой норе таится! Перестали птицы петь, Похудел толстяк Медведь, Волком взвыла Росомаха: Его почти с пелёнок Пугала мама-Мышь: А сиди себе дрожи! Вот Малыш собрался в путь: Я найду кого-нибудь, Кто не знает страха. Пусть он нас научит, братцы, Как нам жить и не бояться!

Плейкаст «ТЬМА.................»

Австралия Ты ожил, снилось мне, и уехал в Австралию. Голос с трёхкратным эхом окликал и жаловался на климат и обои: Всё-таки это лучше, чем мягкий пепел крематория в банке, её залога - эти обрывки голоса, монолога и попытки прикинуться нелюдимым в первый раз с той поры, как ты обернулся дымом. Глаз чувствует, что требуется вещь, которую пристрастно рассмотреть. Возьмём за спинку некоторый стул.

Но нечто, давно поселившееся в глубине нашей души, едва слышно шепчет:"Ты разочаруешься, будешь страдать, потеряешь свободу.

Джон Донн уснул, уснуло всё вокруг. Уснули стены, пол, постель, картины, уснули стол, ковры, засовы, крюк, весь гардероб, буфет, свеча, гардины. Бутыль, стакан, тазы, хлеб, хлебный нож, фарфор, хрусталь, посуда, ночник, бельё, шкафы, стекло, часы, ступеньки лестниц, двери. В камзоле, башмаках, в чулках, в тенях, за зеркалом, в кровати, в спинке стула, опять в тазу, в распятьях, в простынях, в метле у входа, в туфлях. И снег в окне. Соседней крыши белый скат. Как скатерть её конёк.

И весь квартал во сне, разрезанный оконной рамой насмерть. Уснули арки, стены, окна, всё. Булыжники, торцы, решётки, клумбы.

Шёпот темноты

Большая элегия Джону Донну Книга: Стихотворения и поэмы Джон Донн уснул, уснуло все вокруг. Уснули стены, пол, постель, картины, уснули стол, ковры, засовы, крюк, весь гардероб, буфет, свеча, гардины. Бутыль, стакан, тазы, хлеб, хлебный нож, фарфор, хрусталь, посуда, ночник, белье, шкафы, стекло, часы, ступеньки лестниц, двери.

И не только застенчивые люди могут испытывать страх общения с новым Вы еще даже не сказали ни единого слова, а внутренний голос шепчет.

Но осознавать весь этот мир мы можем только когда не спим. Большая элегия Джону Донну Джон Донн уснул, уснуло все вокруг. Уснули стены, пол, постель, картины, уснули стол, ковры, засовы, крюк, весь гардероб, буфет, свеча, гардины. Бутыль, стакан, тазы, хлеб, хлебный нож, фарфор, хрусталь, посуда, ночник, белье, шкафы, стекло, часы, ступеньки лестниц, двери.

В камзоле, башмаках, в чулках, в тенях, за зеркалом, в кровати, в спинке стула, опять в тазу, в распятьях, в простынях, в метле у входа, в туфлях. И снег в окне. Соседней крыши белый скат. Как скатерть ее конек. И весь квартал во сне, разрезанный оконной рамой насмерть. Уснули арки, стены, окна, все.

Стихотворения [9/41]

Тогда Бродский только-только начинал свой путь в поэзию. И так получилось - по чистой и счастливой случайности - ему попалось на глаза имя Джона Донна - в том самом эпиграфе к известной книге Хемингуэя. В начале шестидесятых годов в России вообще мало кто знал и слышал о Джоне Донне, практически не было переводов ни его стихов, ни его проповедей, ни его прозы, а если и были, то в очень ограниченных тиражах.

Тогда Суламифь встает, крепко прижимает ладони к грудям и шепчет в страхе: Сестра моя спит, я боюсь разбудить ее. Она нерешительно обувает.

Природа, звонко пробуждаясь, теплом и радостью полна. И громко солнцу улыбаясь, повисли дети из окна. Альфред Хичкок Ты слышишь — там, в холодной тьме, там кто-то плачет, кто-то шепчет в страхе. Там кто-то предоставлен всей зиме. Там кто-то есть во мраке.

МАНЕКЕНЫ-УБИЙЦЫ :0